smalevanny: (ln)
(Непростая тема накручивания отросших волос на пальцы левой руки как нецелевое использование ресурса, который бы мог, совсем напротив, заниматься полезным)


*бодает в руку*

Вот это надо мне. Вот эту вот вот эту, которая лежит, туда вот так же делай, как вот я, но так бы чтобы ты. Ну так вот, посмотри, как будто бы вот так, что только не как сам, а чтобы мне. Вот так скорей на голове. Вот эту мне мою, и там которое за лбом. Давай? Бодай сюда наоборот, в меня, чтоб я сидел и рад, а ты бы чтобы сам. Давай, вот это вот рукой. Вот тут, где на носу, и дальше так вот так, идёт потом, и хвост. Давай, ну, чтобы мне, и можно и лицо.

Ну нет, же я же потерпел, уже и много и семь раз, а так бы может и ещё, а ты же гладил. Себе которое за лоб, и там хватал ещё, волос и разное крутил, и как же так, нечестно. А то себе крутил и всё, и после даже и не мне, а сбоку бросил положить, напрасно и лежит. Же как же это так, которое напрасно? Нельзя, когда ещё бы я, чтоб мне. Ну ты бы сам и делай всякое другим, ещё же есть, ходи про всякое, везде и за столом, а эту руку мне отдай, которая вот тут. Она где я, тому и мне, чтоб мне моё меня, навдоль и гладила, пускай? Лежит же, и чего, а так бы хорошо. И очень бы и кстати.

Вот так вот вбок — и польза. Попросишь и пождёшь и хорошо. А даже если и не да сейчас, а то и всё равно навпрок, а и потом и раз и будет. Же вот сейчас настало, да? Вот так.

Тому что руки чтобы гладить. То видишь вот, и сам. Давай чтоб всех, особенно котов, и много и ещё.

_
smalevanny: (ln)
Я тут себе сижу, и больше всё. Ну, ты сидел, и я хотел бы тоже. Он сбоку ничего.

Тому что вкусный это стол. Вот этот очень вот, де всякое еда, я сколько раз смотрел, а то и залезал, пускай нельзя, но можно. Не видел раз никто, и можно и поесть, бывает, что лежит. Вот сам же, я видал, ты сядешь набоку, и разное берёшь, и разное заел. И я хочу — мне можно, может? Ну, что нельзя, пускай, но можно же, ну, если есть уже, а ты ево не стал. Бы я бы дал тебе, ты хочешь если, то моё вон там бери, я там всего уже поел.

Ну нет, я не пойду, я тут пока. Удобно. И посидеть, и стол, и рядом я сижу и вдруг там что-то станет. Де сбоку, может, штоб не лезть, а так лицом и раз бы и поел. Наверное бы мог. И пусть, сейчас что нету. А мне же не спешить, чтоб сразу дай и дай. Могу и подождать. И подожду и буду. Который из котов уже давно живёт, и знает насовсем, что можно даже долго. А восемь раз пождал, ну, в долгие разы, а там уже его настанет, ну или позабыл. А может-то и позабыл, а и настало — приятней даже так.

Или другой настол, там сбоку гладят, если сесть, там ты. И де рука, бывает что и шубой належать.

Тому настол я и люблю, там разно хорошо, и сверху посмотреть, тепло и длинно.

И всякий интерес.

_
smalevanny: (ln)
А я бы не хотел. Мне кажется, что можно бы не нужно. Мне кажется, что ето страшно всё, и лишнее совсем, и что ещё за как. Не птички, но как да, молчают как летят, и падают порой, а мне и не потрогать, всегда и не давал. Как будто интересно, но не очень — и страшно было даже, что сверху, махают и опять. И хитрые себе, што ночью только лазят, а де когда светло, не знаю, позалезли, к плохому, может, кошаку и вместе там сидят. За дверью, например.

А я бы тоже вечером бы мог, а ты там с ними что. Туда им смотришь, моё им говоришь, и разное несёшь, и пусть што гадость и пельсин, ну всё же ето же равно, а как же потому что я. Бы я бы тоже бы хотел бы, может, штобы брали, на руки, например, и дали всякое котам, и много и мене. Же потому что друг, уже я есть, и мог всего, и ты бы тоже хорошо, погладил об меня, и всем везде тепло. И каждый тоже сыт. Давай со мной дружить, а не туда. Вот етих вот не надо. То всякие всегда придут, то птички разные, то хвост не носишь, а живёт, а то ещё каких. Залезут, всякое едят, как дома будто тут, а ты туда про них, а где же там котов?

Тому что вот котов уже я он. Как следует, хороший, делал, спал и ел, и всё. Не надо их любить, вдруг кончится совсем, а я мне как же я.

Ну или тоже пусть они, а мне тогда побольше, же я тут главный потому что сам, и главным надо много. Ты с ними поскорей, а мне тогда четыре. И два ещё, как спать пойдёшь, потом.

Тому что лучше — котик.

_
smalevanny: (ln)
Всегда зачем ты так. Поймал и будто бы себе, и что же. Я думал же что да, настало наконец, и можно будет вместе, и сверху полежать, как гладят, хорошо. А ты, как злох, котов насунул наверху и снова и опять. Там интересно, может, но я уже видал, и нухал это всё, и лазить и не буду, тому что глубоко и всякое лежит. Не очень-то люблю поэтому сидеть, и надо бы не надо, а ты ушёл куда.

Как хитрый вот опять. То это же я знал, уже видал такое, как столько же как семь, но сильно больше раз. Засунешь наверху, а сам потом уходишь, и всякое стучать, и делать беспокой. И всякий полосос, навозишь, будто надо, а он совсем плохой, и выкинуть ево! А дальше-то потом уже когда не плохо, и можно же ходить, мне всякое скорей уже опять там нужно. И посмотреть еду, и мячики и дом, а вдруг украли где и нету больше их. И разновых других, которые вон те, ну, всякие такие, не знаю, но нужны. А может, сам унёс и прятал всё, а мне. И мисками шумел, я сразу всё услышал, же как теперь без них. Заесть откуда брать.

А может там дружил ты с кем-то с кем не надо? Же даже вдруг вот так. Другой кошак плохой, приходит, например, и хитрый, будто я, а я суда засунут и позабыли все, и как это же так. Эйэй, который я — вот этот вот не тот, я здесь себе хорош и тут сижу кричу! А если там кошак другой какой-то лазит, то это и плохой, и как же с ним дружить. Ну нет, мне очень надо, котов скоре слазить, эйэй — а вот, ты вот, ты тут, уже пришол из сбоку своего. Ты слезь меня скорей, я очень вниз хотел, я только посмотрю, а вдруг кошак плохой. Ну или очень мне ещё куда-то надо, туда я не скажу, тому же что секрет.

А просто беспокой, што разно происходит, а я не посмотрел и всё и не узнал. А очень бы хотел, тому что ето надо. Раз главный, значит, вот. По полу похожу. Вот так бери, и вниз.

***
Ты не сувай меня, я знаю, што порядок поделать ты хотел, а я хожу смотреть. Но вдрук ты всё не так, а я помог бы сразу, как следует везде и даже и помыть.

Тому что если кто засунут де-то сбоку, какой порядок тут. Не нужно нам такой.

Снизувверх )

_
smalevanny: (ln)
…А рас другой смотрел, как будто кошаки, и я их прогонял, а те не уходили. Пришли себе, сидят, придумывают всё, я много напугал, и сам боялся тоже. Ну, бегал, там с боков. А рас другой сидел и птички много были, и тоже прогонял, но сразу и ловил. А толстая была, такая там сидела, а я ё поймал, и позаесть хотел. А рас, и ето сплю, а миска далеко. Но всё равно пошёл.

Ну и ещё потом я тоже спал, и лазил, и будто бы как ты, плохой кошак и я, и вечером сидим, я тут вот так, ты сбоку, а тот плохой в углу. А ты потом консерв принёс и много дал. Кошак себе украл, хотел напрятать де-то, а я догнал ево и наругал как рас, што ето мне моё, а красть ево не надо, а если вдрук не сыт, то так бы и поел. Вот это, из другой, который не консервый, а ты потом пришол, а кошака и нет.

Же ты, наверно, тоже какое-то там смотришь, ну, там, как спишь когда, а будто и не спишь. Ну, снов, вот это всё. А у тебя каких? Про тоже кошаки и птички и гуляем, ну или может нет, а как же так же как? Неясное совсем. Я очень бы хотел бы. А ты уже заснул? И я себе хочу.

Ну, я привбок вот здесь, отсуда же ты смотришь, которое глаза, и сон же про смотреть. Наверное и он позаглазами спрятан, закрыто если всё. Понухать можно тут? То вдруг уже глядишь, а я ещё и нет. А как мне посмотреть? Спецально как-то надо? Я много рас уже сидел везде вокруг, и тихо очень слушал, вдрук там де в голове, шумеет хоть чуть-чуть. Ну, сон уже пошёл, и может быть и мне. А если сбоку спать, то может, нам бы вместе, и вместе посмотреть, и вместе мы бы там. Как рас мы дружим тут, и там бы так дружили, а ты бы всех прогнал, кто злох или плохой. И сразу хорошо, тепло всекда, и вместе, и сытые совсем, и разный интерес.

Я подожду тогда, а если и не будет, то просто и посплю, Вдвоём всегда круглей.

_
smalevanny: (Default)
Такое просто всё сейчас.

То раньше, ну, недавно это вот которое прошло, где всё всегда открыто, и светит много тёплым, другое всё — там интересней посмотреть, и птички ходят повезде, и муху всякую видал, и даже и жука. Поделать много есть, и хочется сильнее. А и сейчас бывает хорошо, но только очень спать, и все ушли куда-то, и набалкон не очень-то ходить. Ветров каких-то стало, не люблю, и нос туда замёрз. А больше бы и что. Веселья как. И тихо.

Ну, я не очень-то такое не люблю, я сам когда в себя живу, то ладно, можно, если, ну, вот ты. Как может быть друзья. Ну, если, например, другой кошак вот есть, он мог бы, но плохой же, и прячется всегда, так вовсе и не подружить, плохой-то раз. И сам ево придумал. Не очень-то придумал, но придумал, пусть ладно, раз сказал, но ты не сильно помни, вдруг накуролесит — то не я. Плохой кошак. А де ещё бы с кем? А больше-то и нету. Я нет, не очень-то мне сильно штобы надо, а то же друг бы может бы и хорошо, но может-то и плохо, а позаесть, как пить, горазд. А может вовсе и плохой, тому на всякий случай ево бы надо и прогнать, кто всякий если вдруг пришёл.

Поетому вот так. Я ждание умею, много раз могу, и восемь и четыре, и десять раз, бывало, мог пождать, а после надо вместе. Дружить чтоб было, кто рядом, посидеть, и любит кто котов, и знают их коты. Хороший что, не злох. Не будет захватать и дёргать, и другое, не придумал, что плохо разное. Давай? Ну, я к тебе пришёл поэтому тогда, тому что больше не с кем, но ты не думай ето, я и так, што важный тоже ты. Ну если очень занят, или нет, то ты не сильно прогоняй, ну, можно и прогнать немного, если на диван, недолго только, ладно? Мене немножко, я сбоку подружу, вот тут, или залезу посидеть, так дружится быстрее. Рябко штобы. Же ты бы сам, наверно, раз один всё время, мог бы тоже?

Такое просто всё сейчас, и длинно очень ночь, поделываешь всё, и всё. И ждать намало хватит. Я пождал.

Тому я и пришёл опять, давай со мной дружить. Немножко, но побольше.
smalevanny: (Default)
Не так зачем-то всё. Не так не то не так, как просто не хотел, и сильно будто хитрый, а честное не так, что лучше бы другое, и всем бы хорошо. Такое вот, смотри, хотел уже давно, и восемь раз пришёл, а ты и похватал и на диван кидаешь, чтоб нет и не хочу. А я бы посидел, и может не мешал, а вовсе бы и просто. Томился очень вбок. Как будто и пришёл, сижу, и будто нет, какой-то ты не смотришь. Опять же холодов, и набалкон нельзя. А надо же замен, какое-то чтоб было.

А назамен и нет, и вовсе и совсем. Не любят будто бы котов, такого же нельзя. Теперь уходишь много, всех дней, на всяких поделам, потом вернёшься через долго, и будто и с собой принёс какое-то дела. А может и устал. А я а мне и нет, и шубу и не гладил. За ухом вот смотри, неглажено совсем и тоже и де нос, и сверху и на спину, немножко бы чутьчуть, а я бы сразу рад. Какой-то ты не так, неправильно и нет. И я и не сержусь, а просто же нельзя, такое чтобы раз — и сам себе суров, как будто например, а кто помочь пришёл, того и не пускаешь. Как очень будто занят, и вовсе не хотел, и прогонял котов. И сердишься, что громкий. А быть иначе как, раз всё теперь плохое, то надо рассказать, и надо значит громко. Другое я уже попробовал давно, и много приходил, и ногу сбоку нюхал, и всякое сидел , валялся на руке, и очень много раз пождал четыре раза. И что же, и никак. Как будто и сидишь, и будто и не ты, не подойти совсем. Других ты, может быть, каких-то кошаков уже нагладил просто? И пусть бы и других, и я бы не сердился, а только мне бы как, за ухом и на лбу?

Же я, смотри, хороший из котов. И очень за тебя всегда, и делаю как надо, поел, и всё зарыл, и спал четыре раза, и посмотрел за всем. То может и красивый даже, ну, шуба или хвост, и многое усов. Всё так. И прихожу всегда, и даже если очень и наспался, устал что даже, то всё равно приду, и сбоку посижу. Давай меня любить, немножечко бы вместе, а я тебя уже, и очень и всекда. Так если делать много каждый раз, тогда тепло везде, и што темно не плохо, и сытые сидим, и рябко и покой.

А поделам пускай, но только бы вот там, которое задверь, ты там их поделáй, потом и отряхни, а в дом евох не надо. В дому же не про ето, там надо отдыхать, котов, и спать и есть.

И гладить и покой.
smalevanny: (Default)
А как же это так? Ведь это я не знаю, же я же говорил, что может так настать, не верил будто мне, а вот же и случилось. Такого разве можно, чтобы сюда, смотри, пришли бы вдруг и взялись, сидят теперь себе. Вот это вот же птички, которое стоит, другие прошлый раз с собою принесли? Вот так-то вот, теперь уже и навнутри, пролезли в наш домой, и всё, и всё, и как? А ето всё вонте, другие были раньше, всё нухали вокруг, и рассказали всем, проведали, что можно, теперь прилезли жить. Двоём кресчат сидят, волнение одно, а то кругом и лазят. А если накрадут! Такие очень могут, хватают носом всё, и ползают везде.

А мне евох зачем, в окне бы посмотрел, а тут теперь сиди, и последи за всеми, а как теперь успеть, хитрят себе сидят. Вдрук вылезут суда, носами нахватают, и унесут с собой, потом и поминай. И громко ето всё, кричат что прямо страсть.

***

...Смотри, а ты ходил пока куда-то снова, и их не стал наверх, остались на столе. А я вот так сидел, а ети вот суда, а я опять пришёл, они меня прогнали. Не так совсем прогнали, что рас и уходи, я сам уже хотел, а быстро получилось. Тресчают очень сильно, я думал, может, злох, хотел пойти как будто, следил бы заодно, а сильно побежал, и тут вот так упало. Не знаю, как-то, раз, лежало долго тут, а больше и совсем и нет ево и всё. Блесчит теперь и колко. Но ето я не то, что захотел и трогал, а просто ну лежало, и падало само. Кошак плохой, наверно, толкал ево, чтоб с краю, а я и позадел — и всё, как виноват.

А нет, ругать не надо, тому что вовсе нет, же ето я не сам, плохие птички всё.

***

Ты знаешь, не смотри, не очень-то туда. Ну нет же, ето птички. Не надо их смотреть, и там вот это всё. Поесть им покидай, чево они там будут, и хватит им уже, а то какие ишь. Пришли и всё хотят. Выдумывают много. А лучше бы сюда, вот тут котов же больше, и всё ему давай, который это я. Ну нет, туда зачем ты, они же разве могут, чтоб с ними говорить и радоваться в них. Ну что ты, ну нельзя, они же ето птички, а их же чтоб ловить, ну или последить. А то бы и заесть, а ты как будто радый, и лазиешь туда, и разное для них. Напрасно ето всё, смотри, же я же котик, и всякое могу, и мяхкий и бодать. Кресчать не стану зря, и не умею вовсе, зато наверх залез и шубою погрел. Котов же сильно лучше, а ети только нос, и вредные ещё.

***

А может быть и пусть, ты знаешь, я подумал, что можно и пожить, ну, если будут там. В своём себе сидеть. Ты им скажи, что котик, который за большого, за всеми сильно смотрит, и сильно очень строг, и если кто хотел, то если он хороший, тогда и можно к нам, ну, если он не злох.

_
smalevanny: (Default)
Вот так вот, знаешь, я ходил, смотрел попробовал везде, и думаю, что лучше. Ломали всякое-то плохо, а стало как-то хорошо, не знаю, как случилось. Зато дверей всех унесли, туда, совсем и пусть — круглей ходить везде теперь, и не мешают, и ночью снова не вокруг идти, как если захотел поесть, а прямо. Такое можно, чтобы сразу стало, но делать плохо, всё равно — приходят всякие шуметь, не знаю, кто такие. За всеми надо посмотреть, такое как успеть, давай уже всё хорошо, не будем больше? А то и даже и замёрс, бывало.

А самое вот тут теперь как надо — была как дверь, а стало всё окном. Хорошего придумал. Смотри же, интересней так, когда вот это видно всё, а было што не видно? И сразу можно замечать, кто если лазить набалкон пришёл, а мы бы и не знали. А если всё темно уже, и сбоку сесть туда смотреть, то видно как другой кошак чего задумал. Там как у нас везде, в дому, хитрее только, как будто тоже ничего, но тут же лучше, другой кошак же там живёт, а тут хороший. То я ево и послежу, чтоб к нам не лазил, раз видно ловко всё теперь. Он тоже смотрит там себе, на миску как пойду поесть, так лезет следом, наверно, сбоку есть своих, не видно только.

Таких бы можно бы везде, чтоб только окна — ходить же лазить всё равно, а видно лучше, и если кто когда пришёл, то ты и знаешь, что если ето злох какой, то пусть уходит, а если кто хороший вдрук, то я не знаю.

Раз без закрытого никак, то пусть окошки, в них лучше можно посмотреть, и если птички.

И очень для котов.

_
smalevanny: (Default)
Вот это хорошо вот так, когда стоит, где шёл, не ждал — а миска. И сразу вспомнил вдрук, что бы и мог попить, но так не сильно, что идти, но если близко, можно. А тут и раз, и всё. То вот, бывает, не с водой, а ето чтоли чай, наверное, такой, что можно и попить, и как-то сухло сразу и будто бы как грязный. Не очень, но хотелось. Я всяких пробовал таких, когда найти бывало, и тряпкую в ведре, и пахлую как гадость. Тому что интересно, если вдруг себе её нашол, и сам, а де моя стоит — запас. Туда же ты ещё нальёшь, а ету вдруг скрадут. Или кошак плохой залезет всю, и всё.

А ету я нашёл, себе стоит, как мне, и вкусная, и рядом. Ходил когда, где ты, и сбоку посидеть, а тут и вдруг и миска — а значит для котов, ну или, например, ты позабыл, и стало сразу можно. Но хитроват опять, что тонкую налил, немножкого, внизу и далеко, никак туда не влезу. Тому теперь и надо чтоб напить, макать себе туда рукой, как лазил будто. Налипнет по чуть-чуть, достал себе и всё — и пил, и руку вымыл.

Ты если захотел, ну или вдруг суров, ты забери себе, мене уже не надо. Там я не всё попил, хоть мог бы и ещё, тебе оставил тоже.

Ты только ставь ещё, во всякие места, чтоб много было мисок.
smalevanny: (Default)
А мог бы ты бы, например, бы мне немного шубу починить? Я нет, не гладить же совсем хочусь, а вовсе и чуть-чуть, за ухом де, или в спине, проверить — вдруг дырочки сидят, ну или я не знаю, что-то плохо? Я, знаешь, мыл вчера её, предолго и два раза, што даже и заел чуть-чуть, и вдрук дыряв теперь, давай скорей проверим? Как если вдруг сломалась бы, то сразу и увидеть — и чинить скорей, я думаю, уже пора. Давай? Мне очень кажется, что так. Ещё я сильно навалялся на полу, вдруг прохудился сбоку, и тоже дырочки теперь, пока поспал, настали? А починить и очень и лехко — навзять вот так котов, и в шубу позалезть щипом, и если дырочка могла бы де-то быть, то мазать много рядом, а просто так, рукой, и раз, а дырочки и нет, и даже не заметил — была, и слиплась сразу вся. Вот так вот просто делай, как будто бы чинить, и всё и вот. И ето не как гладить, а всякое лечил, тому потом и гладить можно тоже, уже не вместе, а к тому ещё.

Или чесами можно тоже, немного если, и грызáть не будут. Не очень-то, получше бы рукою, но инокда и так. Немношко я бы да. Ты только сильно ими не копай, которая вот эта, например, же сильная чеса, назад всю шубу тянет вбок, и тóнкает её. Наест себе кусков, возьмёт, набросит сбоку, валяется довольная потом, а ето же моя, и я её ращал, носил и спал и вымыл. И хитрым всю не дам. Ты последи, смотри, за нею хорошо.

***
Тут что-то я ходил теперь, и знаешь, мне чеса, мне кажется, вот тут вот прохудила. Потрогай тут, в спине, и рядом там ещё, не очень тонко стало?

Ты чинишь хорошо, тому я и пришёл. Не сам, а из-за шубы.

_
smalevanny: (Default)
Я видел, знаешь, страшное тут очень страшное случилось, так сильно испугался, прямо выть. Когда один совсем вдруг сам, а всех не стало никого, ну вот, тебя, а тут ещё пришёл такой, что очень злой, с тресчами и скрипеем. В мешке принёс евох. Тихонько позабрался и сидит, как будто свой уже, завсякое заел, а сам задумал, знаешь, и как и стал потом, ох, разное тут всё.

И тоже приходил, который этот тот, он знаешь, он как ты и как плохой кошак, такой, как прямо ты, похож, но только сильно плох. Ну токо он не так, не как плохой кошак, не прячется, и всюду ходит, не слушает совсем, и сам всё делает не так, и не сказать, и страшно. А станешь последить, он ходит всё равно, и быстро, и везде, таскает всё всегда, и норовит и портит. Такой и может полосос достать, и навозить кругом, натыкает во всё, а я сижу и прячусь всегда, де в ванне, там, в умой. Откуда полосос не видно. Потом, когда уже уйдёт, а тут и ты назад, и можно вылезать.

А ети тут вдвоём, так знаешь, как давай, схватили все всего, и стали дом ломать. Совсем всё унесли, бросали всё везде, не там, и всё наоборот. И делали скрипей, и всяких громких звякл. Я бил. Хотел прогнать их очень, сначала им кричал, что всё ходили в дверь, а там потом я знаешь, стал прямо всё кусать и очень сильно бил, за ногу и в штану, чтоб только бы ушол, плохой, который вот как ты. Он самый очень хитрый, тому что весь похож, и надо начеку, а мог заесть кота, и всех бы позаел, и даже бы тебя, наверно тоже мог. Тому что великан, и злох всего хватач, и всё всекда уносит. Я очень не люблю, а ты куда-то всё деваешься как раз, а вместе бы прогнали. Наверно, как кошак плохой, не вижу я ево, я как пойду куда, а он к тебе прилезет, и будто бы как я, и мяска наукрасть, и воду всю попьёт, в поглаже наваляется потом. А тот, как ты плохой, ко мне всегда идёт, и думает заесть, набить, и очень хитрый.

Но знаешь, хорошо, тогда его кусал, он палки наукрал и убежал за дверь. А там и тут и ты, уже назад пришёл, уже не очень страшно, позвал и взял к себе. И вместе и скрипей не очень и суров, не думает он пусть, но всё равно не очень. Я, тихо как ставало, лазил посмотреть, украли старый пол, и накидали новый, и рады и сидят, и не понять, кто плох. И долго очень всё.

***
Давай не надо так, ты не пускай таких, которые придут и всё вокруг ломают — плохой, другой плохой, плохой ещё кошак, и кто ещё других с собою наприводят. Всё хорошо уже, я последил везде, намазал и чинил, как следует поделал. А то пока сидел, и спрятался и ждал, весь дом у нас скрадут, другой совсем засунут.

Так не годится вовсе, же если это дом, то в доме хорошо, и как привык везде, то так всё и осталось. И можно всюду спать, не страшно никогда, и миски все где надо.

И не заест никто.

_
smalevanny: (Default)
Ох, хорошо вот тут. Туда ещё зайти удобно, и сбоку посидеть, а то и лечь. Как я вот полюбил сейчас, а ты бы раньше мог же рассказать, что можно и уже давно, и я бы стал. Я не, уже придумал, всё равно, тому и не сержусь.

Давай туда поедем вот, куда ты шёл, ещё, как ездил только что, и можно бы опять. Куда глядел и мог, и я поеду тоже. Давай, как будто ты придумал и решил, что захотел пойти, а я туда бы тоже мог, давно и сильно. И вместе будем брать, где если что лежит, там разно шевелить, носить и всякое дела. Неси, а я за руку подержу. Кидай, а я скажу, что если ровно. Всё будем вместе. Де миски и плескай стоит с водой, и можно или набалкон, а то и постоять. И рябко как-то сразу.

Не очень же тебе же тяжело, што я за ухом прилежал и éду и смотру везде? Туда залезть удобно было просто, я приметил, что если ты сидишь, то прямо сбоку раз, зашёл, вокруг, удобное, и лёг. Тепло везде, и кругло, и можное бодать всё рядом, мне нос на ухо так давай. И даже есть ещё, висит, который как пушон, такое сзади для котов, он будто бы мешок, чтоб ноги засовáть, чтоб не упасть назад. Бывает, иногда.

***
Я, знаешь, это посмотрел, побыл, как ты там ходишь высоко, мне нравится оттуда, если вместе. А так бы если сам, я лучше как всегда, мне снизу ловко, попрятаться и лазить и на стол.

Потом я может быть ещё, залезу, ладно? Тому что можно же теперь, и я и буду иногда, чтоб хорошо чуть-чуть, и ждать его, как, например, консерву. А то как много сразу позаешь, оно и надоест потом, что больше и не хочешь. Как то, что хорошо — такое как кусок, большой, но если сильно брать, то кончится, и всё, и нет, когда накопится ещё. А понемногу долго.

Ты побери меня потом ещё, когда уже я позабыл, и снова буду рад.

А гладить можно много.

_
smalevanny: (Default)
Он смотрит.

Я думал, погляди, что просто ето хвост, ну, как шевелится лежит, а он идёт всё время, как-то вбок, а спереди и смотрит. Как-то очень смотрит. Такой тебе зачем, чтоб сам ходил? Ты плохо, может, знал, и выбрал, што негодный, и даже, может, хитроват? А я бы рассказал, ну, если нужен хвост, то у меня же сразу был всегда, и я и хорошо умею про хвосты, чего. И делать как, и нужно чтоб какой, и вымыть как, и класть.

Давно уже принёс, смотри — растёт всё время. Я мало про него следил, он высоко живёт, когда вылазит только, и потом на стол и всюду по везде. А вырастет когда, то сколько будет длинный? Тебе-то надо чтоб ого, большой, чтоб доставал везде, но етот я не знаю, может, выкинем давай? А ты бы лучше новый, а я скажу, какой искать? А то он смотрит. Не очень по себе. Такой же чтобы вырос, надо чтобы ел, а вдруг котов? Ну я не очень-то боюсь ево, не так суров, как будто, но может сытый вдруг сейчас, и не хотел пока заесть, а сам бы мог? Какой-то сразу беспокой, так, знаешь, будто хитрый и крадётся. И смотрит, я не знаю, как-то как не здесь и в птичку так бы мог бы если я, когда поймать хотел. Но только ищет что-то, и пойти всё время хочет, на тебя залез. Сурчит тихонечко собой, как дышит будто иногда.

Я думаю, не нужен, чтобы хитрый хвост, ты знаешь, надо чтоб такой, што он не сам, а рос де следует, и ты бы им махал. И чтоб не уходил. И пусть не смотрит.

Ну или не выкинь, если жалко, или что привык, а просто пусть живёт, а ты себе другой, а я и помогу, а тот пусть сам. Себе там смотрит и живёт и ходит хоть куда, ну, наверху в своём.

Хороший хвост хорош. Вот видишь, если сесть, то положу вокруг себе, тепло. И ты бы тоже.

А етот очень смотрит.

плохая иллюстрация )

_
smalevanny: (Default)
А посмотри, где я. Ну, как-нибудь, когда поделаешь всего, и что уже потом, и можно. Или сейчас, захочешь если, например, но только чтобы сильно и серьёз, не шутки тут. Я подожду тогда, мне надо.

Тебе вот я сказать хотел, смотри. Вот так вот здесь вот ты, а ето я, и я опять хотел сказать, смотри, что очень ты мне важный, знаешь — и вовсе не про то, чтоб сверху лазить, или всякое еду, а очень больше. Другое, важный што вообще. Сильнее, что поесть, ну, ето тоже надо, но всё равно, бывает, сытый много, и поспал, а сам не по себе. И всякое не то кругом, и не как следует. Тому что надо, чтоб вдвоём, всегда недалеко. Тому што же ты тоже мой, и я тебе себе себя с тобой и вместе сразу — мы. Такое я не очень рассказать умею, налипко сразу слов, и всё не тех, но делал всё — про ето. И даже если про себя прошу, там всякое, погладить, или вбок, то ето и тебе же — я же мяхкий, и хорош, и чтоб погреть. Другое не умею просто, как иначе, и делаю вот так, ну или как бодать. И ты, наверное, же тоже про меня, что важный, и с тобой, и нужный сильно, да? Я думаю наверное, что так.

Вот так вот и подумал рассказать, хоть и не очень слов. В себе я потому что ето сильно знаю, и помню каждый раз, а ты бы вдруг забыл, а то не догадался вовсе, как, может, хитрый будто я, но вовсе и не хитрый — мне очень да, что ты. И без тебя бы плохо.

Тому и надо вслух. Чтоб просто бы ты знал.

_
smalevanny: (Default)
Смотри, вот это если так, то здесь сюда, а тут прийти и встать, и лечь потом и, может, кувыркаться. Всем ясно. Значит, правда. А ты всекда зачем-то говоришь своё, и сразу и берёшь и на пол ставишь. Ну вот смотри же, снова, поднятое наверх, и ждёт висит — такое сразу значит, что надо залезать. А ты опять и нет. Ну как же так?

Так сделано когда, то даже и выдумывать не надо, а просто можно прямо сбоку лазить и стоять, вот это же котам, которые как я, поэтому пришёл. И пробовал бодать, так тоже можно. А ты никак совсем. Зачем токда позвал?

Ну нет, ну это же позвал. Такое если делаешь спецально, то значит, это звал. Когда, смотри, удобно, чтобы влезть и сверху насидеть, или чтоб гладили — такое же всегда вот это значит. Вот видишь вот, диван всегда удоб и мяхк, и можно сверху лечь, и сразу хорошо. Позвал. И всех позвал. А если он позвал, а ты пришёл, и звал и всех и я меня, то я ко всем приду, и видишь, хорошо опять. И не запутаться никак. Поетому и значит, чтоб все могли увидеть, и прийти.

Поетому вот это вот — позвал, которое ты делал, вотак сидел, задрал рукой, и долго. А и не вовсе и не чаю наливал.

_
smalevanny: (Default)
Тут злох один бывал. Какой-то как большой, не очень знаю, но лазиет кругом, и много, и не видно никогда. Он, знаешь, ходит всякое, задумает и хочет навредить, ну как же нет, я знаю. Как вечером одни, везде же не посмотришь, вдрук там ты тут, а он ещё куда, зайдёт, насядет и придумывает разно. Нельзя, чтоб так — прогнать скорее надо, я так поэтому. Ты занят если раз, на кухне, например, валяешь там всего, и разное шумишь, то как же быть — как пить, придёт, и всех заест, он знаешь он какой, ого! И ест котов наверное, дада, приходит сбоку, ест, потом доволен и таков. А как же чтобы так — не надо, чтобы ел. Я лучше тут побуду, сам и весь, и даже лучше, может, ты мене заешь, за где живот, немного. И сбоку и за ухом, ето хорошо, и тёпло там, и сразу рябкое становится внутри. А етот вот который вот, не знаю, злох, пусть нет. Тому и страшно мне, и бегаю и вверх ему кричу чтоб не ходил сюда.

И, знаешь, писил я поэтому ещё. Ну, ты ругаешь вот, што не всегда не там, куда, а ето надо очень. А то придёт, и ходит, если никого, а вовсе и не знает, што тут уже нельзя, написано везде — «Тут нет и нет, и если видишь, заходить не надо, а если злох, обратно уходи, никто таким не рад. Тут все уже живут, и некого заесть, и сильно не дают котов в обиду». Такое я написил, штобы знал, на тазик и де полосос. А ты бы вовсе не ругал, тому што это важное, и вовсе не для зря, и вовсе сохлое уже, ты знай тогда, когда найдёшь, и сразу не сердись.

Он с кошаком вот тем другим плохим, наверно, дружит. Плохой кошак плохой, его и не заешь, тому дружить и могут, насядут за углом всегда, не видно чтоб, выдумывают вместе. И вредное хотят.

И что же, что не видел, не очень и придумал. Тому што если поругать, то лучше не меня, а всяких бы плохих, такие очень хуже.

И вдруг придут.

_
smalevanny: (Default)
Такое, чтобы думать. Когда вокруг смотреть садишься, то сразу всякое идёт, и много надо побывать везде и сделать, и разных всяких дел, а так, чтоб крепко и подумать, не получается совсем. Я пробовал не рас, задумал всё уже как будто бы, а посмотрел, и вдруг то прямо сразу хочется поесть, или проверить птичку, или там ещё. А то и знаешь, я же за тобой же тоже посмотреть всегда хочу, что делаешь ты там, когда не вижу — вдруг, что-нибудь хитрил, или мне тоже надо, а не придумал я ещё, тому что и не видел, а ты и раз, и делаешь уже. Тогда и я. И так и не подумать вовсе. А надо! Ну, или шубу мыть пора, потом валяться всякое. Всегда вот это всё, задумать сел, а тут повсюду сразу много, и зовёт.

А если не смотреть совсем, то сразу как-то сон. И не хотел, а всё равно случилось — так всегда, поспать и впрок бывает хорошо. А как же думать долго?

Вот так вот я придумал, что можно сесть и близко всякое смотреть. Вот стенку, так если мимо проходил, она как ровная, и чтоб чинить, а близко сильно вся другая. Де ямки видно все, ходила муха как, и может и паук, он хитрый, в уголке сучит налипкого к усам. А если долго смотришь, то там как будто и узор, и всякое покажут. И стенкой пахнет. А то и всякое другое посмотреть, не стенку, например, ведро или ботинок. Как смотришь рядом, то большое всё, и думается много.

Ты тоже так смотри на всякое, там интересно очень. А если даже и уснул, так тоже хорошо, и вовсе и не зря, а дело делал.

_
smalevanny: (Default)
А ты видал? Там сбоку нынче много птички, приходят и сидят, и что-то там ещё. Которые вон те, их маленьких везде бывает много, и прыгают всегда. Такое, знаешь, ну, я птичек же люблю, что есть, и можно посмотреть, и будто бы хотеть себе, а только далеко они когда, томится сразу сильно, што прямо борода трясцою. Но люблю. И всё равно, какое-то не то, они теперь приходят много, и сидят вон там, где сверху и в боку, так в дырочку смотру — ругается зачем-то. И набалкон приходит тоже, и бегает, чтоб мимо, и кресчит. Как будто негодует сильно. Как можно так? Она теперь живёт недалеко, наверно, и на нас приходит посмотреть, как мы тут всё?

Мне интересно их, но много вот как стали тут бывать, то даже устаю — всё время ходят, и не полежишь, и надо начеку, вдруг прыгнет, можно и поймать. И уследить про них ещё на всякий — а вдруг накрасть чего себе захочет, потом не заберёшь назад. А потому что сильно хитрые, вот так вот делают трясут боками, и ходят где куда хотят, я не умею так совсем. Чтоб и наверх, и так, и кувырком потом и взад, умеют не упасть. Такие могут, знаешь. А долго если подождать, она везде понакрадёт, наестся всякого, и вырастет как толстые другие. Уже и не кричат совсем, молчат, как хитрые, а просто ходят, носом всё берут. Как вот уже такой однажды приходил! Большой, и взял, и молча, и забрался! Как на уме себе, залез, сначала на балкон, потом и к нам, и сел себе, сидит — наверх, как там и был. А если не прогнали бы его, так он бы тут и стал, чего бы ел? Такой-то толстый, много надо прокормить. Украсть хотел, наверно, только не умел, и громко натоптал, упал, как неуклюж, потом и убежал. Давай, не надо их, и так и будем прогонять, как сделали, пусть ходят где ходили.

Пусть птички, знаешь, будут, но не сильно. А то волнение.

_

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 06:51 pm
Powered by Dreamwidth Studios